Сизова Наталия Владимировна - заместитель главного врача по амбулаторно-поликлинической работе Центра по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями, доктор медицинских наук.
Санкт-Петербург.
Тел.: 8(812)246-70-68
Saint-Petersburg.
Обижаева Елена Сергеевна - врач-инфекционист Центра по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями.
Санкт-Петербург.
Тел.: 8(812)246-70-71
Saint-Petersburg.
Майорова Светлана Олеговна - заведующая инфекционным отделением Центра по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями.
Санкт-Петербург.
Тел.: 8(812)246-70-58
Saint-Petersburg.
Цель: оценка эффективности, безопасности и переносимости схем, содержащих ралтегравир, у ВИЧ-инфицированных пациентов с различной сопутствующей патологией в реальной клинической практике.
Материалы и методы. Проведен ретроспективный анализ 277 амбулаторных карт ВИЧ-инфицированных пациентов, получавших в качестве третьего компонента препарат ралтегравир (RAL) как у пациентов без предшествующего опыта антиретровирусной терапии (АРТ), так и у пациентов с опытом лечения с различной соматической патологией. Основным критерием эффективности схемы явилась доля пациентов с неопределяемым уровнем вирусной нагрузки на момент начала анализа. Дополнительными критериями оценки эффективности и безопасности схемы являлась динамика количества CD4-лимфоцитов, частота и характер нежелательных побочных реакций.
Результаты. В среднем пациенты без опыта лечения и с опытом лечения получали схемы с ралтегравиром около 5 лет. На момент проведения исследования в 2020 г. 69,8% пациентов, которым АРТ была назначена впервые, продолжали принимать схему, содержащую ралтегра-вир. В данной группе доля пациентов с вирусологической супрессией (ПЦР РНК ВИЧ менее 50 коп/мл) составила 97,7%. 75,2% пациентов второй группы в 2020 г. продолжали принимать схему с RAL. Доля пациентов с вирусологической супрессией (ВН менее 50 коп/мл) в этой группе составила 97,5%. За время лечения в обеих группах не было отмены схемы в связи с нежелательными побочными реакциями на ралтегравир.
Заключение. Результаты этого исследования подтверждают, что схемы на основе RAL обеспечивают высокий уровень эффективности с хорошим профилем переносимости и безопасности в рутинной клинической практике как у «наивных» пациентов, так и пациентов с опытом лечения различной соматической патологии.
Purpose of the study. Evaluation of the efficacy, safety and tolerability of raltegravir regimens in HIV-infected patients with concomitant pathology in real clinical practice.
Materials and methods. A retrospective analysis was carried out of 277 outpatient records of HIV-infected patients who received raltegravir (RAL) as a third component both in patients without previous experience of antiretroviral therapy (ART) and in patients with experience of treatment with various somatic pathologies. The main criterion for the effectiveness of the scheme was the proportion of patients with undetectable viral load at the start of the analysis. Additional criteria for evaluating the efficacy and safety of the regimen were the dynamics of the number of CD4-lymphocytes, the frequency and nature of undesirable side reactions.
Results. On average, patients with no experience of treatment and with experience of treatment received regimens with raltegravir for about 5 years. At the time of the study in 2020, 69.8% of patients on ART for the first time continued to take a regimen containing raltegravir. In this group, the proportion of patients with virological suppression (PCR of HIV RNA less than 50 kopecks / ml) was 97.7%. 75.2% of patients in the second group in 2020 continued to take the RAL regimen. The proportion of patients with virological suppression (VL less than 50 kopecks / ml) in this group was 97.5%. During the treatment, there was no discontinuation of the regimen in both groups due to undesirable side reactions to raltegravir.
Conclusion. The results of this study confirm that RAL-based regimens provide a high level of efficacy with a good tolerance and safety profile in routine clinical practice for both naive and experienced patients with various somatic pathologies.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.